На одном из праздников в музее «Суеват павыл» в городе Югорске я познакомилась с Елизаветой Михайловной Шмониной. Она сразу привлекла внимание, так как была одета в яркий мансийский наряд «нуйсахи».

– А Вы говорите на мансийском языке? – спросила я у гостьи.

– Да, я говорю на мансийском языке. Я приехала на праздник с Дарьей Ивановной Беловой. В «Суеват пауле» я уже была, как-то приезжала с Ниной Ивановной Алчиной.

Елизавета Михайловна показалась мне очень скромной, но в то же время общительной и приветливой женщиной. Поэтому я решила узнать о гостье праздника больше.  

– Откуда приехали на праздник? – спросила я у своей новой знакомой.

– Я родом из Няксимволя, там родилась и выросла. После окончания школы училась на фельдшера в медицинском училище в Ханты-Мансийске. А когда получила диплом, по направлению поехала работать в деревню Нумто. Там один год отработала фельдшером. Вышла замуж, ушла в декрет и уехала обратно в Няксимволь. В Нумто работать уже больше не поехала. Сейчас иногда по телевизору показывают Нумто, мне всегда интересно, как живут жители этой маленькой деревни. Многие из них по-прежнему держат оленей. Когда я работала в Нумто, его жители разговаривали на хантыйском и ненецком языках, русского они практически не знали. Я хорошо мансийский знаю, они меня не понимали, я их не понимала, в этом трудности были. До меня там фельдшером Люда Самбиндалова работала. Девушка хоть и с мансийской фамилией, по национальности ханты, родной язык знала, ей с местными жителями работать было проще. После она в Берёзово переехала, там работала акушеркой.

– В те годы много оленеводов было?

– Да, много оленеводов было, они и сейчас там есть. Тогда маленькая деревня была, а теперь смотрю, вообще разрослась. А когда бригады оленеводов приезжали, казалось, что сразу народу много становилось. Когда я в Няксимволе работала, на повышение отправляли в Ханты-Мансийск. Там я встречала жителей Нумто, они меня помнят, хотя всего год у них работала.

– А в те годы на фельдшера сколько лет учились?

– В медицинском училище я три года училась. Тогда-то, в семидесятые годы, хорошо было, работать всех по распределению направляли. А теперь получил образование, самому работу искать надо. Мы с Клавой Сайнаховой много лет медиками в Няксимволе отработали. Она сейчас тоже на пенсии, мы вместе с ней гуляем, скандинавской ходьбой занимаемся.

– Сколько лет у Вас медицинского стажа?

– Сейчас уже не помню, я много лет в больнице работала, больше 40 лет. В каком году ушла на пенсию, тоже не скажу, кажется уже совсем давно.

– В Няксимволе фельдшером работали?

– Нет, фельдшером я не работала, здесь уже постовой медсестрой была, пока в Няксимволе больница функционировала. Потом больницу закрыли, ФАП построили. В ФАПе я уже не работала, на пенсию ушла.

– Сейчас в селе кто врачом работает?

– Сейчас фельдшером Гаврил Ануфриев работает. Несколько лет уже работает. Последний год стала близко с ним общаться, болеть чаще стала. Теперь к Гаврилу Сергеевичу обращаемся за помощью.

– Сколько детей у Вас, внуков?

– У меня два сына и две дочери. Сын и дочь в Хулимсунте живут, двое – в Няксимволе. Дети подарили мне  8 внуков.

– Ваши дети по вашим стопам не пошли?

– Я хотела, чтобы дочь в медицинское училище учиться пошла, она, оказывается, крови боится. Ну, какой из неё медицинский работник будет?!

Рассказ Елизаветы Михайловны Шмониной –  это живая история связи человека со своей землёй, языком и культурой. Она раскрывает судьбу целого поколения, которое служило людям в сложных условиях, но оставалось преданным своему делу.

Людмила ТЕТКИНА