- Мансийский
- Русский
Нрт сака пӯмащ
Слы ӯрнэ врмаль сака трвитыӈ. Ксыӈ тӯя слы ӯрнэ мхум слыяныл ёт нрн внтлгыт, туи сыс нрт лгыт, таквсы нлув внтлгыт. Тох та тлэ-туве, тл палыт слыяныл ёт внталлгыт, таӈ-хтал тнаныл уральтыяныл, кос турап хтал, кос втасыӈ хтал тнккныл ат хультуптыяныл. Туп самыл-палил щнэ слы лаль яныгми, свыг рӯтми.
Ам аквнакт Александр Иванович Монин ёт потыртасум, ты йка мниг лме порат с слыӈколт яласас, рӯпитас. Тав такви Кимкъясӯй пвлыӈ хум, ань тланэ свыг мтсыт, гитэ плт Хулюмсӯнт пвылт лы. Мн потрумн лаль ловиньтэлн:
– Александр Иванович, нрт яласам урынтыл потыртэн.
– Нрт сака пӯмащ. Щар хталыӈ хтал тай хвтасыт исыглгыт, такēм рēгыӈ. Тувыл мтэ-вре тамле, акваг скв лылыпыл лылтгын.
– Манарыл нрт лсын, палаткал?
– ти, мн рнколыл лсӯв, сскол та порат. Акваг ссныл врима влт. Тувыл ётыл тай рыбучасткан патсӯв, ань парщин нглуӈкв патыс, тай-тай парщиныл пантхатв. Тувыл ань котильт кӯр ӯнлы. Ань рнкол атхунь вглын. Тувыл ань хасапыт маныр акваг кит-пал плыт нгим лгыт. Хт ёл-хуēв, хасапанув ёл-трматъянӯв.
– Наӈ лвгын, нн ат слы ӯрнэ хтпа лыс, пуссын нас колыл лгын манос акв колт?
– Кит рнкол, акваг рнколыл. Ань насыл тлттавет, та минв. Тувыл ань хт кол тӯщтуӈкв патв, кит кол та тӯщтв. Акв колт тай ат лыгласӯв, акваг кит рнкол.
– Ос тӯяг иӈ яныгпль тпост мингын тай, совья колт лэгына манос с сасколт лэгн?
– Тай-тай внтлв, тувыл ань типлаг хт хӯлмыгтв, тра рнкол та тӯщтыгпēв. Кол кӣвырт лв. Таквсы с нлваль йиӈкв патв, с ань хт тимлаӈкв паты, с рнкол та тӯщтв. Акваг тащир та. Ос тамле хара мт ат лсув. Акваг рнкол кӣвырт. Ос ань нрт мн, пастухыт, слыянув мт мн ке тотыянӯв, рнколыгт тай тот кват маныр хультгыт. А хум мхум ос ань палаткат ньщēв, кӯрыӈ-лӯтыӈ тгыл нас палаткал минв, ос хт мт мт тот ньщиянӯв. Тай мн хум мхум палаткал яласлсӯв, хасапанув манаранув, хуйнэ сованув ёт.
Аквматнакыт тай тащир ēмтыс, ань вртур тпост, я-та, ань ӈквал-суп-нёлн минасӯв. Ань рēгыӈ хтал. Матырсыр урыл ам тай ос хуйнэхӯргум ёт лмаяслум, ӯнлын ммн пинумтаслум. Ань мхманум тай хумыс лсыт, такем рēгыӈ, тащир та минасыт. типлаг патыс, ань палатка тӯщтысӯв. Я-та-ты, втасыг та ēмтыс, тӯюӈкв та патыс! Вртур тпост. Я-та-ты, палаткав тай тыгле-тувле та нуйгатлаве. Ам тай хуйнэ хӯрыг кӣвырн щалтсум. Тн тай та хйтыгтгыт, палатканыл хвтасыл пингыт, та манарēгыт, акваг тащир та мувылтахтым ньщияныл. Тувыл тэл втасэ мощ хот-пйтыс, ти тӯюӈкв патыс. Ань тайиянум тай, хотмус щуӈкыртахтасыт та. Ам тай хуйнэхӯрыг кӣвырт хуясум.
Я-та, ань лпыл кон кос квлв – щар ты псыл тӯйт. Я-та, ань хотьютув сар слы псуӈкв мины нлув? Ань врн тратасанӯв. Хотьют пēщаге хосаг? Акв бригадир ань Андрей мйтыӈ лыс ос ам пēщагум хосаг.
Я, мēн та минасамēн врн. Ань нас рхтыянмēн, тувыл тнки нх та ювыт. Плэкем слыт нх йисыт, тувыл ань тыт слы пувсӯв. Тнаныл с врн трматсанӯв. Мнки тувыл рнколн та тлматсӯв. Тувыл тот ос мощ турапе пйтыс, масхатсӯв-манарасӯв, тувыл с слыянув палт ущ та минасӯв, ос нх-рхтысанӯв. лгыт. Хйтнут тай тим лыс.
Ань врныл нх-рхтуӈкв патыянын, ань лхс порат тай, таквсы нēлманыл щар сви патгыт, пукияныл янгыт. Ворил-ворил ты, мн нранув талкват, ворил ты нх саким ювыт.
– Лхс порат май лвēгыт, сака лкква-миныглгыт.
– А-а, лхс сака тгыт, тувыл ань, ты тамле хль тыт ӯйит, хль тытыт щар анял лгыт, таит пӯлгыт.
– Тай манарыт?
– Хль тыт ӯиг лвавет.
– с лхсыт?
– ти, ань ощща мат, хоса мат мтар хурип матарыт, туп втит. Таит с сака руптгыт. А тӯяг с ань та, нрн ёхтгын, тай ос ань хтал рēгыӈыг ēмты, пумыт ке тлгыт, тай-тай тпалыт хйтэн тн юи-планылт, врн воратгыт. Врн воратгыт ань, ёлын хара мт тамле лӯптат тлгыт, та лӯпта тгыт. Тай-тай, щар вгтл патгын.
Тванакт мингыт, хотьют пуссын хунь хнтыянын. Мингыт, тлматгыт. Тнки нранылн кос мингыт. Тувыл сун слы пувēв, минв, кинсыянӯв. Тн тай тот та миннныл, хōт туи лыглгыт. Тувыл с юв псыянӯв. Нас тай нрт нумн сака ёмас лыс.
– Манах тл нрт яласасын?
– Тав мēн хоса ти, ул хӯрмахкем тув яласасмēн. Тувыл ань слыянув ӈк нтнэ тпост 1965 тлт Саранпвыл нупыл майвēсыт. Ам тай Саранпвылн маткем та кащилтавсум. Такос кащилтавēсум, такос кащилтавēсум, пищмал ёхтавем: «Нрн минэн, нрн минэн». Ам ат минасум, хот-пйтсум, акваг та пйтсум.
– Наӈки слы щсын?
– Амки слы ат щсум. Нас ань хйтнут алыгласум. Та порат май хотьют хйтнут ке алы, хӯрум слыл пставет, тувыл 500 солковил миве, тувыл ос сове сдавайтылын. Хоталь тотылын, тай наӈ тлан.
А тувыл ань 500 солкови наӈ ань 100 солковил – ат хтпа мус лкква-уртлыгтылын, та. Хӯрум слыл тай мивен. Майлувсув та порат. Ам тувыл ань мольщаӈ мгыс, манырсыр ут мгыс, мӯра мгыс, акваг смыл утыт нуигласум. Тувыл ань акв слы хультсас – самаратка. Акваныл хультсас – ст слы яныгмлас, щар пуссын аквъёт хйтыгтасыт.
Тувыл ст слыныл акв щняныл хультыс, тыгылнл пуссын хотталь та порсысыт. Порсысыт, а тувыл тай-тай алыгласлум. Тувыл пгим мйтыӈ тавēтыл сахи врыглас, Кульпасн тотыгластэ.
– Та слыянын ётыл тувыл Саранпвыл нупыл тувле вуйлавсыт?
– ти, ам тай тыт тяпасанум, холтсанум. квамēнтыл акван-минамамēн порат, тай-тай тятн сун тгыл слыл майлувес – хӯрум слыл. Ань акван-минасамēн. Тн с тувыл хоса ат лсыт. Ул тамле ст тим лыс.
Ань ты Петров хтал та ēмты. Ам ань нрт лгум, амки слыӈ суныл сӯлттуӈкв сака тахсум. Я-та-ты, та калыщмаптыянум, тай-тай ань яласан хптанув пувēв. Тувыл ань та, хт мощ хвтасэ мощщанув лы, аньмалыӈ, яласыман щар, щар лап-тырсавен. Ань кос ты улицат хосыт кос миннэн кēпыл, туи наӈ ань щар лап-тырсавен.
– Тоӈхытыл ювле лмын рктыл?
– Товрт ань на «рысь» ханищтгын, на «мах» ханищтгын. Тувыл ань та 1963-1964 тлыт тот, Кимкъясӯйт, ӈкылма лы, ань слыянув тот ньщиянӯв, ань аняӈ слыянув. Ам лвēгум: «Касуӈкв патв. Ань тыгыл тах олимпиада маныр ēмты». Я-ты, ам ань нх-ллим нуйхатуӈкв та патсум. Тувыл вим пищум акваг та минас. Нмхотты мт тащир ат яласасыт, тох нх-ллим.
– Сун тармыл нх-ллим?
– Сун тармыл нх-ллим нмхуньт ат яласасыт. Ам тащир патсум. Бригадирум тнт Рокин Андрей лыс, тав с тай, сун тармыл нх-лльсас, та нуйвес-нуйвес, ёл-рагатлас, илттыг пувтмахтас сунын – тортл та итыӈ! Талавн ханьщувллам! Нас та щатахтыглв. Ёл кос рагатлас, щар ёл ат рагатас, нас лглагēтыл, тувыл с акв тув сунн пувтмахтас.
Ам тувыл ань нрт тамле слы щсум: ань нуйхатгум, тувыл ань, пйтыгпгум, ам лвēгум: «Ха-тэ, порыгмен сунна!» Ань сунна нх-ллюмты, тыщир та лли! Ухта ӯсныл ёхталасыт, псллвесӯв. Ань та хурим хōт лы кос, ат вглум. Ань та сӯлттан слым.
Аквматарыт щсум, тай-тав щар ат вēритаптыянум. Тувыл ань 23 февральт 1964 тлт бригадирумн мисанум, амки слыт палт хультуптавēсум. Ам лвēгум: «Ам тыим, тыим, тыим тотыглн. Наӈ тах щар пуссын хӯрум премия выгын, выл места». Сль, тотыгласанэ.
«Тувыл ань ам лвум, ты пищум ёмщакв суссылтлн ань сун тармыл нōх-ллим». Тав тувыл Кульпаст ань «Стоя на нартах» касылт тав та выл места вис. Тувыл лаль ань акваг та яласгыт.
Анна АЛГАДЬЕВА
В горах очень красиво и интересно
Оленеводство – очень трудная работа. Каждую весну пастухи отправляются в горы вместе со стадом, всё лето живут там, и только глубокой осенью возвращаются обратно в предгорья. И так продолжается год за годом. Пастухи неотлучно находятся с оленями – и в пургу, и в непогоду, день и ночь не покидая поста. Только бдительное внимание может сохранить и приумножить поголовье оленей.
Александр Иванович Монин в молодости был пастухом и каслал с оленями в горах. Сам он из Берёзовского района, деревни Кимкьясуй. В последние годы в силу возраста живёт у дочери в деревне Хулимсунте.
– Александр Иванович, расскажите о жизни в горах.
– В горах очень красиво и интересно. В солнечный день камни нагреваются, становится жарко. Там такая красивая природа, и всё время свежий воздух.
– В чём жили в горах, в палатках?
– Нет, мы в чуме жили. В то время берестяные чумы были, тогда всё из бересты делали. А после, когда перешли в рыбщучасток, появился брезент, стали брезентом укрываться. Ну и в середине чума – печка. Там ещё полога были, по бокам чума завязаны. Когда ложились спать, то полога вниз опускали.
– Вы говорили, что вас пять пастухов было. Вы все в отдельных чумах жили или вместе?
– Два чума было. Всё время в чумах жили, в обозах их перевозили. Начинаем каслать – где остановимся, там чум ставим. Мы никогда в одном чуме не жили, всегда два чума было.
– А весной, в апреле, в меховом чуме жили или тоже в берестяном?
– Во время кочёвки чум ставили сразу, как только останавливались на ночлег. В чуме жили постоянно. И осенью, когда спускались с гор, тоже ставили чум там, где заставала ночь. Всё время так было. Под открытым небом мы не спали, всё время в чуме жили. Когда мы, пастухи, перегоняли оленей ненадолго в другое место, женщины оставались в чуме. А мы, мужчины, жили в палатке с печкой, с пологами и со спальными мешками.
Однажды был такой случай, это в августе. Пошли мы в гору Аӈквал-суп-нёл. Стояла невыносимая жара. А я каким-то чудом взял да и закинул спальный мешок с собой. А мои напарники как были, так и пошли. Жара такая. Вечером мы поставили палатку. Тут вдруг ветер поднялся, снег пошёл. Это в августе! Ой, а палатку ветром то туда, то сюда носит. А я залез в свой спальный мешок. Оленеводы бегают вокруг палатки, камнями её обкладывают. Потом ветер немного стих, а ночью снег пошёл. Они спали, свернувшись калачиком, а я один в спальном мешке спал. Утром выходим на улицу, а там снегу чуть ли не по пояс. Вот это да! И кто пойдёт за оленями? Мы же их в лес отпустили. У кого ноги длинные? Бригадир у нас был, Андреем его звали, у него и у меня ноги длинные. Вот и пришлось нам идти за ними. Нам их надо было просто позвать – они сами из леса выходят. Половина оленей вышли к нам, мы поймали оленей для упряжки, опять в лес отпустили, а сами в чум поехали. Там уже снег прекратился, мы переоделись, потом поехали к оленям, чтобы из лесу их вызволить. Волков тогда не было.
Когда начинаешь их звать из лесу, когда грибы появляются, они бегут наверх и языки висят – полные животы грибов. Кое-как ползут наверх, хотя наши горы низкие.
– Да, во время грибов они сильно разбегаются, – говорю я.
– Да, сильно любят грибы. Потом ещё есть такие червячки, они у основания берёз живут, их тоже едят.
– Это что за червячки?
– Мы их так и называем: берёзовые червячки.
– Это грибы?
–Нет, маленькие такие червячки, коротенькие. Их олени тоже очень любят. А весной, когда только приходим в горы, когда потеплеет, трава начинать расти, тогда всю ночь приходится за ними бегать, всё в лес рвутся. А почему в лес рвутся? Потому что в низине зелень начинает расти, вот и убегают пастись. Вот тогда, ох, сильно устаёшь. Иной раз уйдут, и попробуй всех найти. Оторвутся от стада, на свои прежние места рвутся. Ну, потом мы ловим оленей, едем их искать, а они уже там, где летом пасутся. И начинаем их гнать домой. А так, мне очень понравилось в горах.
– Сколько лет Вы каслали по горам?
– Да мы с супругой недолго, около трёх лет ездили. А потом, в 1965 году, оленей передали в Саранпаульский совхоз. Ой, как они меня уговаривали в Саранпауле! Как ни уговаривали, даже письма приходили: «Езжай в горы, езжай в горы». Я не поехал, перестал ездить и с концами оставил эту работу.
– У Вас свои олени были?
- У меня не было своих оленей. Было дело – добывал волка. А в то время, если кто-то добудет волка, то ему полагалось три оленя и пятьсот рублей денег. Шкуру тоже можно сдать, куда денешь, это твоё дело. А эти пятьсот рублей мы по сто рублей разделили на каждого пастуха. И трёх оленей мне дали. Я потом их на малицу пустил, на подол малицы тёмных оленей забивал. Потом один олень оставался, красивый пятнистый. От одного оленя семь оленей было, все вместе держались. Потом из этих семи оленей одна важенка только оставалась, остальные куда-то пропали. А после я уже забил её, тётка моя из её шкуры шубу шила, в Сосьву увозила.
– Вы своих личных оленей саранпаульским пастухам передавали?
– Нет, я их для себя забил. Когда мы сошлись с женой, её отец подарил ей упряжку оленей – трёх оленей. Это когда мы поженились. Они тоже долго не продержались. Видимо, не было у нас удачи на оленей.
А когда Петров День приходил, когда я находился в горах, я очень любил устраивать гонки. Эх, как подниму всех, поймаем гоночных быков! Поймаем и поедем там, где поменьше камней. Оказывается, во время гонок ты весь обрызганным становишься. А летом хоть по улице проедься – весь грязным станешь.
– Это из-под копыт так грязь летит?
– Да, иногда на «Рысь», иногда на «Мах» учились. Как-то раз в 1963-1964 годах, в Кимкьясуе, там есть болото, мы оленей там держали. Я говорю: «Давайте посоревнуемся. Скоро Олимпиада будет». Ну я и начал ездить стоя. И после такой способ езды быстро стал популярным. Нигде так не ездили.
– Стоя на нартах?
– Стоя на нартах, нигде не соревновались. Это я такую привычку взял. На нартах – ох! – как я гонял! У меня бригадир был, Рокин Андрей, он тоже ездил стоя на нартах. А он хлеще того: встал на сани, ехал-ехал, упал и тут же вскочил на сани. Вот это ловкость, вот это мастерство! Мы стоим и удивляемся. Он с нарты соскочил, но не совсем свалился – просто на ноги упал, а потом в один миг обратно на сани вскочил.
Ещё у меня в горах такой олень был: после соревнований, когда остановимся, я ему даю команду: «Ну-ка, прыгай сюда!» – и он запрыгивает на сани передними копытами и стоит так. С Ухты приезжали корреспонденты, фотографировали нас. Сейчас эта фотография где-то есть, с этим гоночным оленем.
Одни олени были, я их совсем не мог удержать. А 23 февраля 1964 года я отдал их своему бригадиру, а меня самого в стаде оставили с оленями. Я ему говорю: «Ты эту привычку – стоя на нартах, покажи как следует». И он в Сосьве на соревнованиях «Стоя на нартах» первое место взял. После этого этот вид соревнований пошёл дальше.
Анна АЛГАДЬЕВА






